Подвиг Саши

В начале ноября 1941 года гитлеровцы схватили юного партизана Александра Чекалина. Вскоре он был казнен на центральной площади Лихвина – города, который сегодня носит его имя

Олег НАЗАРОВ, доктор исторических наук

О подвиге Саши страна узнала 5 февраля 1942 года, когда газета «Правда» опубликовала принятый накануне указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении ему звания Героя Советского Союза (посмертно). Он принадлежал к тому поколению советской молодежи, которое появилось на свет в первой половине 1920-х. Когда началась Великая Отечественная война, рано повзрослевшие юноши и девушки встали на защиту Родины. Последние дни 16-летнего Саши Чекалина и 18-летней Зои Космодемьянской оказались трагически похожи: оба попали в плен в ноябре 1941 года, оба были подвергнуты жестоким пыткам и повешены. Обе казни совершались публично, и после изгнания врага красноармейцам о них рассказали местные жители.

Разведчик отряда «Передовой»

Будущий Герой Советского Союза родился 25 марта 1925 года в селе Песковатское (ныне Суворовский район Тульской области). Его отец Павел Николаевич работал охотником в Суворовском охотхозяйстве и приобщал старшего сына к любимому занятию. Александр рано научился метко стрелять и хорошо изучил окрестные леса, что пригодилось ему позже, во время немецкой оккупации.

Мать Надежда Самуиловна еще в молодости проявила себя в колхозном строительстве: стала председателем колхоза, а затем – сельсовета. В 1938-м Надежда Чекалина вступила в ряды ВКП(б). В том же году ее перевели на работу в райисполком города Лихвина. Там 4 января 1940 года Александр вступил в комсомол. Круг интересов юноши был на редкость широк: Саша увлекался физикой, природоведением, фотографией, музыкой. Собрал собственный радиоприемник. Мечтал поступить в институт на физико-математический факультет.

Планы и мечты талантливого юноши, как и многих советских граждан, разрушили немецкие захватчики. Через месяц после начала войны, в июле 1941-го, 16-летний Чекалин по собственной инициативе вступил в местный истребительный отряд. В сентябре, когда положение на фронте было тяжелейшим, а германские войска продолжали наступление, члены отряда, в том числе отец и сын Чекалины, были зачислены в созданный на Тульской земле партизанский отряд «Передовой». В его составе оказались люди разных профессий и возрастов: милиционеры, связисты, учителя, печатники, лесники. Командиром стал сержант милиции Дмитрий Тетерчев.

Алексей Ильичев, которому в 1941-м было 18 лет, вспоминал: «Подготовка к партизанской борьбе началась с пополнения запасов оружия, взрывчатки и медикаментов. Мне и Александру Чекалину было дано задание отправиться в Лихвин. По дороге нашли две винтовки и пятьсот патронов. Добыли лошадь с телегой и поехали к больнице. Там нам дали несколько одеял, вату, бинты и походную аптечку. В редакции районной газеты взяли пишущую машинку и два старых радиоприемника. С этим грузом возвратились в расположение отряда».

19 октября гитлеровцы заняли Лихвин. Через неделю в городе расположился штаб 43-го армейского корпуса 2-й пехотной армии во главе с генералом Готхардом Хейнрици.

К этому времени партизаны «Передового» уже жили в землянках в Павловском и Мышборском лесах. В район действий отряда входили шоссе Белёв – Лихвин и железная дорога Тула – Сухиничи. Первую боевую операцию «Передовой» провел еще 11 октября у села Тарасовка: внезапно атаковав вражескую колонну, бойцы вывели из строя 12 автомашин и 5 мотоциклов, уничтожили 18 солдат и офицеров, захватили трофеи. Уже после войны бывший партизан Иван Сорокин рассказал, что за два с небольшим месяца отряд «провел пятьдесят боевых операций, уничтожил около двухсот гитлеровцев, двадцать автомашин и бронетранспортеров, самолет, повредил много линий связи, не раз взрывал железную дорогу, пустил под откос два эшелона с живой силой и техникой. <…> Отряд оказал помощь более двум тысячам бойцов и командиров Красной армии, выходившим из окружения. Отбито у врага три паровоза, 350 вагонов с вооружением и продовольствием, 130 автомашин, 70 мотоциклов, сто велосипедов, много другого военного имущества».

Весомый вклад в борьбу с оккупантами внес Саша Чекалин, ставший разведчиком. В его обязанности входил сбор сведений о дислокации и численности немецких частей, их вооружении и маршрутах передвижения. Юноша ходил в разведку в Лихвин, на Митинский чугунолитейный завод, на станцию Мышбор и другие пункты – возвращался отовсюду с ценной информацией. 21 октября командир отряда Тетерчев записал в дневнике: «Сашу Чекалина, Дмитрия Клевцова и Алексея Ильичева послали в разведку в райцентр. Возвратившись, они доложили, что на улицах города можно видеть в расстегнутых мундирах пьяных солдат и офицеров. В переулках стоят накрытые брезентами танки и грузовики. На улицах неубранные трупы советских людей. На танках разведчики видели надписи "Берлин – Москва". <…> Чекалин и Клевцов установили связь с Григорием Штыковым, оставшимся в городе по заданию подпольной партийной организации».

Саша отремонтировал немецкий радиоприемник, по которому партизаны потом слушали Москву и записывали сводки Совинформбюро. Чекалин участвовал в организации засад, минировании дорог, подрыве вражеских эшелонов.

Советские партизаны минируют дорогу. 1943 год

Готхард Хейнрици. Восточный фронт, февраль 1942 года

Погиб несломленным

Лесная жизнь народных мстителей была сопряжена со множеством лишений. Положение ухудшили осенние дожди и заморозки – в начале ноября Чекалин заболел пневмонией. Комиссар отряда Павел Макеев отправил его в деревню Мышбор к учительнице Музалевской, помогавшей партизанам. Придя в пункт назначения, Саша узнал, что Музалевская арестована немцами и отправлена в Лихвин. И тогда уставший и тяжелобольной юноша принял роковое решение – укрыться в родном селе Песковатское. Там пустовал дом Чекалиных, в котором семья жила до переезда в Лихвин.

Появление Саши не осталось незамеченным. Как только из трубы дома Чекалиных пошел дым, сельский староста Никифор Авдюхин донес об этом гитлеровцам. Позже на следствии он признавался: «Я с тремя немецкими солдатами ходил к дому Чекалина для производства ареста. Немецкие солдаты посылали меня, чтобы я первым пролез в окно дома и задержал бы Чекалина. Но я, боясь, что Чекалин меня может застрелить, отказался влезть через окно в дом, а отошел к соседнему дому, стал около угла и стоял. Немецкие солдаты произвели несколько выстрелов. Чекалин выскочил из дома, пытался бежать, но немцы его поймали».

Известие об аресте юного партизана быстро дошло до его матери. Надежда Самуиловна отправилась к Авдюхину с просьбой оказать содействие в освобождении сына. Вместе они поехали в Лихвин к заместителю главы управы Шутенкову. По свидетельству сельского старосты, тот говорил с Чекалиной угрожающим тоном, а когда переключился на самого Авдюхина, «Чекалина воспользовалась этим случаем, вышла из кабинета и скрылась. Шутенков, увидя отсутствие Чекалиной, заставил меня ее найти, одновременно ругая, что я ее упустил. Одновременно со мной розыск Чекалиной был поручен гражданину города Лихвина Осипову».

Надежда Самуиловна пришла к Екатерине Дмитриевой, рассчитывая спрятаться в ее доме. Дмитриева свидетельствовала: «Так как у нас схоронить некуда, мы ее проводили дальше. Вскорости за ее уходом к нам в дом врываются Авдюхин и Осипов». Не обнаружив Чекалину, они еще трижды приходили с обыском и угрозами. Найти и задержать мать Саши немецким пособникам так и не удалось.

В это время гитлеровские изуверы пытали юношу, требуя сведений о партизанах. Сломить героя врагам не удалось. 6 ноября они вывели измученного Александра на центральную площадь Лихвина и в присутствии местных жителей повесили. Командовал казнью переводчик разведотдела штаба 43-го корпуса лейтенант Ганс Бейтельшпахер. В тот же день Хейнрици записал в дневнике: «Бейтельшпахер только 6-го числа поймал 60 человек, из них 40 красноармейцев, 20 он сумел осудить и прикончить. Одного молодого парня они повесили в городе, то есть они освобождают полевых жандармов от этой безрадостной работы и сами ее выполняют. <…> Все впечатлены партизанской силой духа. Ни один ничего не выдает, все молчат и идут на смерть». Молча принял смерть и Александр Чекалин. Тело юноши немцы не убирали с площади более двух недель.

Судьбы предателей и палача

26 декабря 1941 года в ходе контрнаступления Красная армия освободила Лихвин. Уже 7 января 1942-го было заведено уголовное дело № 1804. Обвинения по статье 58 УК РСФСР были предъявлены 44-летнему жителю села Песковатское каменщику Авдюхину Никифору Ивановичу и 57-летнему жителю Лихвина столяру Осипову Алексею Васильевичу. Основанием для ареста послужили свидетельские показания односельчан Чекалиных. В постановлении на арест Авдюхина говорилось: «Проживая в деревне Песковатское Черепетского района Тульской области на момент ее временной оккупации немецкими войсками, предавал советский актив немецкому командованию, предал красного партизана Чекалина Александра Павловича, который впоследствии был повешен, разыскивал для передачи его мать Чекалину Н.С., помогал немецкой армии продуктами питания». Схожие обвинения были предъявлены и Осипову. Оба признали себя виновными.

О стремлении служить захватчикам Авдюхин заявил в октябре 1941 года, как только враги заняли Лихвин и Песковатское. В это время фашистские войска рвались к Москве, а Гитлер и его военачальники были уверены в скором падении столицы СССР и своей неминуемой победе. Так же думали и те советские граждане, кто встал на путь измены Родине, – в их числе были Авдюхин и Осипов. Когда жители Песковатского по требованию оккупантов избирали сельского старосту, Авдюхин сам выразил желание занять эту должность. Новые власти оценили порыв коллаборациониста. Жительница села Матрена Мельникова свидетельствовала, что Авдюхин «был поставлен немецким командованием старостой села Песковатское. Выполнял указания немецких властей, собирал у населения продукты питания для немецкой армии. Лично отдавал приказания, чтобы я доставила немецким солдатам курицу и капусту. И я все отдала».

Изменники Родины были приговорены к высшей мере наказания – расстрелу с конфискацией имущества. 3 апреля 1942 года Никифор Авдюхин и Алексей Осипов были расстреляны на восточной окраине Лихвина.

В 1957 году после ХХ съезда КПСС прокурор Тульской области Дмитрий Дмитриев по просьбе Марии Васильевны Осиповой изучил дело ее расстрелянного мужа. Приговор остался в силе. В 1993-м прокуратура Тульской области еще раз занялась делом Авдюхина и Осипова – и на этот раз их не реабилитировали.

Биографию нацистского лейтенанта, казнившего Сашу, восстановили историки Олег Бэйда и Игорь Петров: Бейтельшпахер родился 20 сентября 1905 года в немецкой колонии Розенфельд под Одессой в семье русских немцев. Семь лет учился в одесском реальном училище имени Святого Павла, одним из выпускников которого ранее был Лев Троцкий. В 1922–1926 годах изучал химию в Новороссийском университете в Одессе, затем уехал в Германию. В 1928-м в Высшей сельскохозяйственной школе Хоэнхайм защитил диплом агронома. 31 марта 1933 года стал доктором сельскохозяйственных наук, вступил в СА и НСДАП. В 1939-м, будучи приват-доцентом в университете Кёнигсберга, был призван в вермахт. Он служил в 443-м батальоне связи 43-го армейского корпуса. Потом командующему корпусом Хейнрици потребовался знавший русский язык переводчик.

Бейтельшпахеру быстро наскучила штабная работа, и он попросил назначить его ответственным за борьбу с партизанами. В этом деле почвовед проявил большое рвение. По вечерам с тремя бывшими красноармейцами он выходил «на охоту». Хейнрици свидетельствовал: «Только с помощью крестьян и можно схватить партизан. Переводчику за истекшие три дня удалось поймать и прикончить пятнадцать, среди них нескольких женщин. Партизаны клятвенно верны друг другу. Они позволяют себя расстрелять, но не выдают товарищей». Помимо казни Чекалина Бейтельшпахер участвовал во многих антипартизанских операциях. Его подчиненные совершали расправы и уничтожали деревни в Тульской, Смоленской и Псковской областях. Через два месяца после окончания войны нацист оказался в британской зоне оккупации, а 12 июля 1945 года был освобожден из плена. Впоследствии работал в Брауншвейге в Институте биохимии почвы, где возглавлял отдел. В 1970-м вышел на пенсию. Он умер 19 марта 1984 года, так и не ответив за свои многочисленные преступления.

«За себя и брата!»

Младшему брату Саши Виктору удалось спастись. Вместе с матерью он перешел линию фронта и оказался в расположении советских частей под Тулой. 38-летнюю женщину взяли прачкой в хозчасть, а 14-летнего подростка зачислили «сыном полка» в 3-й батальон 740-го стрелкового полка 217-й дивизии Западного фронта. Как и старший брат, Виктор сначала служил в разведке, а позже стал механиком-водителем и командиром Т-34. В 1944-м окончил Саратовское танковое училище, воевал на 1-м Белорусском фронте, командовал танковым взводом, затем ротой. Шесть раз горел в боевой машине, был ранен, но выжил и продолжил бить врага. Виктор Чекалин был представлен к званию Героя Советского Союза, но в итоге получил орден Отечественной войны 1-й степени. В мае 1945 года он остановил свой танк у Рейхстага, на стене которого оставил надпись: «Гвардии младший лейтенант Виктор Чекалин. За себя и брата!» После войны продолжил службу в Советской армии, стал полковником.

В Берлине в составе хирургического полевого подвижного госпиталя № 4712 завершила войну старший сержант медслужбы Надежда Чекалина. В апреле 1945-го ее наградили орденом Красной Звезды. Надежда Самуиловна прожила долгую жизнь и скончалась в 1992 году в Москве.

Сашу в декабре 1941-го с воинскими почестями перезахоронили в городском сквере Лихвина. В 1944-м город переименовали в Чекалин, а в 1958 году там открыли памятник Герою Советского Союза Александру Чекалину. В 1962-м в Песковатском, в доме, где родился Александр, был создан музей. Там же, в Песковатском, 6 ноября 1981 года, в день 40-летия казни Чекалина, в присутствии родителей и брата был торжественно открыт бюст юного героя. В его честь названы улицы в Туле, Новокузнецке, Волгограде, Новосибирске, Уфе, Донецке, Бахчисарае, Перми, Минске и других городах.

Памятник Александру Чекалину. Скульптор Д.В. Рябичев. 1958 год

Источники изображений

ХУДОЖНИК М.И. CАМСОНОВ / ЦМВС

М. А. ТРАХМАН

SCHLUEPF / SÜDDEUTSCHE ZEITUNG PHOTO

ИРИНА БУРМИСТРОВА / ФОТОБАНК ЛОРИ